Меню

Как стать лицом детской одежды



Интервью: как мой сын стал лицом Gucci

Вам на почту будет приходить уведомление о новых статьях этого автора.
В любой момент Вы можете отписаться от уведомлений, перейдя по специальной ссылке в тексте письма.

Леон Сокол – шестилетний петербуржец, ставший в этом году лицом рекламной кампании Gucci. Мальчик любит животных, природу, игры, а главное – свою сестру-двойняшку Милу, с которой он часто делит подиум. Мы пообщались с мамой Леона и Милы, Ириной, на тему того, что моделинг – это не всегда гламур, а лицом Gucci может совершенно спокойно стать ребенок из обычной российской семьи.

– Ирина, расскажите, пожалуйста, как Леон стал представлять Gucci?

– На самом деле это даже не наша заслуга. Это заслуга агентства, потому что дети не могут сами по себе выйти на такой уровень брендов. За каждым ребенком закреплены важные люди, которые являются связующим звеном между ним и компаниями. Gucci разместил объявление о кастинге, который попал в распоряжение нашего агентства, и уже непосредственно оно провело кастинг между своими детьми.

– Получается, Ваши дети давно в этой сфере и плотно сотрудничают с модельным агентством?

– Нет. Все не совсем так. В интервью, бывает, из контекста выдергивают, что дети чуть ли не с одного года снимаются. Это не так. Я вообще детей не снимала. У нас были семейные фотосессии, но исключительно для себя.

Мы приглашали фотографов, и они действительно все говорили: «Ой, какие дети у вас замечательные!» Предлагали что-то, но я не хотела детей в этой погружать. Для них это было рано, да и вообще не имело никакого смысла, потому что в первую очередь им самим тогда это было неинтересно. Были предложения и в три года, и в четыре… Но только когда им исполнилось пять лет, я подумала, что можно попробовать, вдруг им будет интересно. И главное, моя задача была связана совершенно не с моделингом, задача была раскрепостить их, чтобы они были более общительными со взрослыми. А как этого можно добиться? Как раз при помощи фотографов, съемок, студий. В этих условиях раскрепощения добиться довольно легко. Когда мы стали этим заниматься, я вообще не думала, что это как-то может где-то «выстрелить».

– У Вас очень красивые дети. Нет такого, что после головокружительного успеха они как-то поменялись? Все-таки Леон – лицо Gucci.

– Я детей не возношу. Они у меня обычные, самые обычные дети. Мне многие говорили: «Тебе надо то, тебе надо это. » А я всегда отвечала: «Есть какой-то уровень, выше которого я двигаться не хочу». Они снимаются немного. Прежде всего им самим должно это нравиться. У нас это как обычное хобби, на котором мы точно не будем зацикливаться.

– А детям самим нравится сниматься?

– Любая съемка должна быть оправданна. И в первую очередь, конечно же, самим детям она должна быть интересна. Я им говорю: «Вот в этом месяце есть такие-то съемки, вас пригласили туда и туда». И они уже сами выбирают. Например, спрашивают, будут ли там животные? Я отвечаю – да. Мы едем туда, где им интересно, вне зависимости от гонорара. Нам денег не надо, мы лучше поедем туда, где будут козочки.

– В этом случае правильно сказать, что у Ваших детей прежде всего должно быть детство?

– Да. Я за это. Съемок у нас мало. Gucci просто «выстрелило»… А так я не хочу, чтобы они крутились в этом бизнесе. Когда съемок становится слишком много, когда надо несколько раз в неделю сниматься – это уже работа, и для ребенка это тяжело, в том числе психологически.

Есть много «рекламных» детей, которые несколько раз в неделю ездят на съемки. У нас было что-то подобное… То показы, то съемки, а детей-то у меня двое. Я сама просто не выдержала. У девочки хорошо идут показы, у мальчика, наоборот, – съемки. Но постепенно я стала это все сокращать. Они снимаются вдвоем, а такое тоже редко требуется, чтобы и мальчик, и девочка сразу. Они по типажу одинаковые, и Леончику часто хотят другую девочку поставить, чтоб была его противоположность – темноволосая и не голубоглазая. Я спрашиваю сына: «Хочешь?» Он говорит: «А Мила едет?» Если нет – он говорит: «Ну и я тогда не поеду». У них очень крепкая связь друг с другом. Она иногда, конечно, мешает, но я за детей! За их отношения и общение.

– С кем дружат Леон и Мила?

– Они дружат с детьми из детского садика и с занятий, много друзей приобрели на съемках. Дружат дети по-разному: Мила считает своими друзьями всех, с кем общается, а Леон – только тех, с кем у него есть общие интересы. Бывает и такое, что у них возникает борьба за внимание друга, с которым они оба дружат.

– Конкуренции нет? Как Мила отреагировала на то, что в Италию пригласили именно Леона?

– Да, конкуренция стала появляться. И вместе с ней вопросы: «Почему его пригласили, а меня нет?» Я отвечаю: «Среди мальчиков конкуренция меньше». И это правда.

Когда мы первый раз полетели в Италию, мне очень помогла сестра. Она полностью заняла Милу: аттракционы, парки. Мила сейчас вспоминает этот период, как очень счастливый. Они тогда расстались друг с другом в первый раз. Зимой мне пришлось брать туда обоих. Потому что, вероятно, если бы она снова не полетела, уже возникла бы проблема.

– А почему до сих пор конкуренция среди мальчиков ниже?

– Меньше участвуют, и требования свои. Вот если будете в Европе, то заметите: много мальчиков, у которых волосы отпущены хотя бы до ушей. У нас же родители так не любят. Прическа «ежик» – это только российская прическа. Я читала где-то про европейские кастинги, так вот там было написано: если у вас выстрижены, выбриты волосы – даже не пытайтесь, вас никто не возьмет. Достаточно только посмотреть рекламные кампании известных брендов – там у всех мальчиков волосы довольно-таки длинные.

А у нас всегда такая стрижка была! Нам говорили: «Вот, вы, наверное, из-за съемок так решили…» А на самом деле Леон просто всегда ассоциировал себя со львом.

– В нашей стране активно развивают понятие «маскулинность». Творческие профессии часто считаются не мужскими. Вам не приходилось сталкиваться с подобными мнениями?

– Все, кто вне этой сферы, могут что-то такое говорить. Проскальзывает. Но опять же, это те родители, те мамы, которые не были на съемках. А когда они там оказываются, то понимают, что все у всех в порядке.

– От родителей, должно быть, в этом процессе многое зависит…

– Дети всегда должны быть при маме. Вот говорят, мол, дети-модели привлекают педофилов. Ну так для этого же должен быть ум у родителей! Чтобы ребенка голым не выставляли. Чтобы мама всегда на всех показах была. У детей всегда есть отдельные примерочные. Все под контролем. Спокойно и нормально. Со взрослыми моделями, может, и есть что-то такое. Но с детьми точно нет.

– Что папа говорит про увлечение детей?

– Папа относится нейтрально, он понимает, что это хобби, которое, возможно, потом отойдет на второй план после спорта.

– А старшее поколение? Бабушки, дедушки?

– Бабушка сначала отрицательно отнеслась, потому что у нее было много предрассудков насчет модельной деятельности, но после того как она сама поприсутствовала пару раз на съемках и увидела, что детям это все нравится, что это влияет на них положительно, ее мнение поменялось. Дедушки у детей нет, он умер до их рождения. Другие бабушка и дедушка живут далеко, и для них это просто как еще одно детское увлечение.

– Италия, модные показы, бренды. «Звездности» у детей не появилось?

– Нет. Мы обычная семья. Многие ассоциируют детей-моделей с какими-то очень обеспеченными семьями. Это совершенно не про нас. Мы средний класс. Обычные люди. Для ребенка все эти съемки – красочные путешествия на память. У них есть эмоции. Хорошие эмоции. Я не богатая мама, которая может оплачивать детям съемки, перелеты, дорогу. Италия оплачивает все.

– И детей у Вас двое…

– Многие люди ездят везде и с двумя детьми. Я так не могу ни финансово, ни физически. Это большие расходы во всех смыслах.

Многие дети, как я смотрю, так загружены. И футбол, и английский, и все-все-все. Может, я бы тоже так хотела, но финансы диктуют свое. Логопеда вот недавно отменили, остались танцы и плавание. Пока достаточно. Логопед сказал, что мы отлично говорим, поэтому продолжать пока не надо.

Читайте также:  Как создать оригинальную одежду

Единственная трудность сейчас – это их интересы к разным увлечениям, нет возможности и финансов посещать все, что они хотят. Пытаемся договариваться. К недостаткам могу отнести только увеличившуюся конкуренцию между ними.

– С критикой со стороны других людей не сталкивались относительно того, чем дети занимаются? Ведь зависти очень много…

– Люди думают: «Как все происходит?» Им кажется, что ко мне подходит кто-то и говорит: «Ой, давайте я вашего ребенка сфотографирую – и завтра он будет лицом бренда». Это все сказки. К тебе никто не придет, пока ты этим сам не займешься. Мама – это менеджер своих детей.

Есть, конечно, негатив за спиной. Многие мамы и осуждают, и что-то говорят… Но как показывает практика, эти же мамы в итоге со своими детьми стоят в очередях на разных кастингах. А конкуренция везде большая.

– Ваши дети этой осенью пойдут в школу?

– Нет, они пойдут через год. В 7-8 лет. Нет смысла сейчас торопиться. Для своего возраста они маленького роста. А для детского моделинга – это, кстати, наоборот, большой плюс. Мы на съемках часто видели, что трехлетнему малышу сложно что-либо объяснить, а мои пятилетние уже все прекрасно понимают, а по росту тоже маленькие. То есть и роста могут быть нужного, и задачу могут выполнять как надо.

– Когда начнете учиться в школе, продолжите заниматься моделингом? Это не помешает обучению?

– Съемки не мешают обучению. Просто это будет занятием выходного дня. И без фанатизма. Как и сейчас. Раз-два в месяц. У нас это как прогулка: поехали, поснимались, в музей заодно зашли. Они не считают этот процесс своей работой, но при этом знают, что зарабатывают.

– А то, что дети зарабатывают, забирают себе в копилку?

– Да. Эти деньги я не трогаю. Леон снимался зимой, и ему за видеоролик подарили сертификат в магазин одежды. Он Миле купил на него платье, а себе – штаны и рубашку. Очень был доволен.

Сейчас вот он копит на путешествие. Первый раз ему заплатили, и второй раз – тоже (компания Gucci. – Прим. ред.). И вот он у меня все спрашивает: «Мам, ну что, удалось накопить уже на нас троих?»

– В условиях карантина и изоляции львиная доля модельного бизнеса терпит крах. Однако появилось такое понятие, как онлайн-съемки. В мире детской моды оно существует?

– Да, уже есть такая практика. Но в России она медленно развивается. Вот Zara снимает детей через FaceTime. Но мы пока ни в чем таком не участвуем. Дети рады, что они за городом. Есть хозяйство, есть птицы. Они на природе постоянно. И очень счастливы. Мои дети выросли без телевизоров и телефонов, поэтому сейчас чувствуют себя прекрасно. Они очень любят гулять, играть. Я у них спрашиваю: «Хотите обратно в город, в садик?» Они отвечают: «Ой, нет». Для них деревня и природа – лучший отдых.

Мне вообще не надо думать, чем бы их еще занять. Другой вопрос – это учеба. Леон считает, что и сейчас мог бы в школу пойти, но Мила пока не потянет, а разделять я их не хочу.

Фотографии из личного архива героев.

Помощь Беременным женщинам и мамам

Бесплатная горячая линия в сложной жизненной ситуации

Источник

Кастинг Киаби: «Все модели – наши клиенты!». Как стать лицом французского модного бренда одежды?

Кастинг Киаби

Детские мечты — особая категория желаний: они волшебные и самые искренние и, казалось бы, нереальные. Но на самом деле воплотить их можно, главное — дождаться случая, приложить немного усилий и добавить каплю везения.

С детства хотели попробовать себя в роли модели? А, может быть, ваш ребенок? Kiabi поможет исполнить мечты. Достаточно заполнить анкету для участия в кастинге. И, если повезет, вы или ваш ребенок сможете увидеть себя на рекламных плакатах нашей новой коллекции одежды.

Kiabi рад видеть своих клиентов в рекламных кампаниях. Ведь мы любим наших покупателей и стараемся радовать вас. И воплощать заветные мечты. Поэтому мы и организовали большой международный кастинг Киаби.

Что вас ждет?

8 победителей Kiabi кастинга станут моделями в наших будущих съемках. Первая фотосъемка пройдет в Москве в июне 2020 года, вторая — в августе 2020. Место съемок мы сообщим дополнительно. Победителям из других городов мы оплатим переезд и, если потребуется, гостиницу.

10 участников, которые наберут больше всего голосов, получат подарочные сертификаты нашего магазина на 2 000 руб.

Кто может стать участником?

Мы предлагаем одежду и аксессуары по доступным ценам для людей от 0 до 99 лет, поэтому мы ищем самых разных моделей для своей рекламной кампании. Молодые или в возрасте, высокие или низкие, худые или фигуристые — мы рады всем участникам.

Как стать участником?

  • Пройдите по ссылке и заполните анкету. В ней нужно указать имя, фамилию, электронную почту и дату рождения. Если вы заполняете анкету от имени ребенка, укажите свои данные.
  • Загрузите два своих фото: портрет и в полный рост. Фотографии должны быть цветными, без фильтров и без головных уборов.
  • Заполните информацию о себе: рост, размер одежды, категория, в которой будете участвовать (взрослые/дети) и подкатегория (женщина, мужчина, подросток, ребенок, малыш).
  • Подтвердите вашу заявку в кастинге Kiabi 2020. Для анкеты вашего ребенка может потребоваться родительское согласие.

Как пройти кастинг?

Для попадания в финал нужно собрать максимальное количество голосов. В Киаби кастинге 2020 за ваши фотографии голосуют другие пользователи. На профиле кандидата отображаются звезды:

  • 1 звезда: от 0 до 49 голосов,
  • 2 звезды: от 50 до 99 голосов,
  • 3 звезды: от 100 до 199 голосов,
  • 4 звезды: от 200 до 299 голосов,
  • 5 звезд: более 300 голосов.

После этого фотографии 600 финалистов, которые набрали больше всего голосов, будет смотреть жюри. Именно они определят 8 победителей.

Сроки

Кастинг Киаби будет идти до 15 апреля 2020 года.

Через 30 дней мы объявим победителей, с которыми свяжемся по электронной почте.

Ничего не бойтесь и дерзайте, возможно, именно вы станете лицом бренда Kiabi, как и победители наших предыдущих кастингов!

Источник

Как сделать, чтобы ребёнок стал моделью, появлялся в рекламе, на модных показах и в журналах?

При слове модель всплывает традиционной образ длинноногой девушки с параметрами 90-60-90. Однако в последние годы наравне с модой для взрослых активно развивается и детская мода, выпускаются линии детской одежды и вовсю идет поиск маленьких моделей.

Моделью может стать ребенок любого возраста. Первый шаг для этого должны сделать, конечно, родители.

Это решение должно быть осмысленным, взвешенным, согласованным с самим ребенком. Ваш малыш не должен бояться камеры, внимания к себе, уметь вести себя раскованно. Хорошо, если Вы заранее отдадите его в модельное агентство или школу, еще лучше, если он уже имеет опыт посещения каких-либо художественных студий или спортивных секций.

Если Вы целенаправленно стали работать над тем, чтобы привести свое чадо в мир модельного бизнеса, следующий шаг – сделать его портфолио. За это всегда готовы взяться в профессиональной фотостудии, но, если финансы не позволяют нести такие расходы, можно сделать снимки самим или использовать уже имеющиеся. Нарядно одетых детей на красивом фоне родители любят запечатлевать в любом возрасте.

Сегодня редкий пользователь персональным компьютером не сможет обработать фотографии в фотошопе или другой программе: развернуть, сжать, обрезать. Снимки можно сохранить в электронном виде или напечатать. Портфолио в электронном варианте сегодня становится все более распространенным.

Чтобы попасть в какое-нибудь модельное агентство или школу, родители предлагают туда портфолио своих детей или регистрируются на специальном сайте в Интернете.

На сайт попасть проще, но шансов быстро получить приглашение на кастинг или на съемку значительно меньше, чем при личном обращении. Вот почему не стоит ждать, когда Вас заметят и пригласят, не надо стесняться рассылать информацию со ссылкой на готовое уже портфолио. Дети-модели растут, их внешние данные меняются, как и портфолио, которое надо регулярно обновлять.

Если первоначальный кастинг Ваш ребенок прошел успешно, его снимки понравились, Вас пригласят на очный кастинг. Будьте готовы, что он может быть назначен в любой день недели, в любое время, в любом месте. Заранее подготовьте ребенка к этому показу. Можно найти соответствующую программу на телевидении, чтобы Ваш ребенок посмотрел, как проходят конкурсы, демонстрация одежды, что требуется от модели, как они ходят, что носят.

Читайте также:  Как уговорить покупателя одежду

Допустим, Вы успешно прошли и очный кастинг, теперь ваша задача – понравиться на самом показе или на фотосессии.

Организаторы мероприятий, конечно, объяснят детям-моделям как себя вести, что делать, но своему ребенку помочь в первую очередь должны родители. Кстати, если Ваш малыш не вписался в условия для показа одежды для младенцев, то Вы можете предложить его для демонстрации моды для дошкольников.

Только не надо бросать все на полпути, иначе у ребенка появятся комплексы, зависть, которые впоследствии окажут плохую службу в формировании его характера и силы воли.

К детям-моделям в агентствах предъявляют не такие строгие требования, как к взрослым. Надо стараться, чтобы ребенок не потерял интереса к новому для него занятию, воспринимал его как игру, хотел быть моделью.

Лет до десяти лет в этом вопросе он не обойдется без помощи родителей, поэтому его дальнейшая судьба напрямую зависит от участия, терпения и понимания со стороны окружающих его близких людей.

Понравилась статья? Палец вверх! Хотите узнавать о наших новых материалах первыми? Подпишитесь!

ЕЩЕ ПОЧИТАТЬ:

Готовые детские наборы игрушек в дорогу, на прогулку и для игр вне дома (а также в подарок!) по выгодной цене от бренда » Ребёнок Занят»: можно заказать на сайте>>> www.busybag.ru (подбор по возрасту и полу, разные форматы) — спасут карапуза от скуки и пригодятся не один раз!

НАБОРЫ ДЛЯ НОВОРОЖДЕННЫХ : отличное приобретение для будущих родителей (а также идеальный ПОДАРОК на рождение ребенка!)

В профиле есть ссылки на наш сайт и аккаунты в соцсетях (Instagram, Facebook и ВКонтакте).

Хотите получить дополнительное финансовое образование по минимальной цене онлайн и в удобное время? Лекции по финансам онлайн >>> (по окончании каждого курса выдается онлайн сертификат)

Источник

Стиль«Ваш ребёнок — брак»: Как устроен детский модельный бизнес
в России

Модельные школы, амбиции родителей и детские травмы

В 2006 году в прокат вышел фильм Валери Фэрис и Джонатана Дэйтона «Маленькая мисс Счастье». Его сюжет прост: с виду благопристойное американское семейство отправляется на детский конкурс красоты, чтобы в нём поучаствовала семилетняя Олив. Дорога оказалась непростой, но сломанная машина, тысяча километров и даже смерть дедушки не остановили «мисс Счастье», которая всё-таки вышла на сцену. Развязка фильма — сам конкурс — смотрится карикатурным, но именно поэтому он отлично иллюстрирует безрассудство родителей, желающих своим детям успешной модельной карьеры.

Спустя двенадцать лет после выхода фильма конкурсы детской красоты всё ещё существуют, хоть с ними и пытаются бороться. А число модельных агентств, специализирующихся на детях, сегодня и вовсе растёт в геометрической прогрессии. Мы решили разобраться, как устроен этот бизнес, кто зарабатывает на родителях и как чувствуют себя дети-модели.

ТЕКСТ: Антон Данилов, автор телеграм-канала «Профеминизм»

Школы

Если набрать в гугле «детское модельное агентство», поисковик выдаст около 113 тысяч результатов, однако большинство из них — это так называемые модельные школы. Никаких образовательных стандартов для них не существует, поэтому в каждой учат собственным наборам предметов. Среди самых популярных — актёрское мастерство, техника речи, дефиле и умение позировать. Разброс цен довольно большой: обычно школы просят от скромных 15 тысяч за два месяца обучения до сотен тысяч рублей.

«Модельная школа для детей — необходимый элемент в нашей индустрии, — говорит директор детского модельного агентства Ultrakids Алина Шугаипова. — Вы же не пойдёте к стоматологу, который не умеет лечить зуб, или не будете читать книгу писателя, который не умеет писать. Детям в этой индустрии необходимо обладать модельными качествами. Их можно готовить уже с четырёх лет. В нашей школе обучение длится шесть месяцев, но его программа меняется каждый год. Мы принимаем детей, когда они уже умеют воспринимать педагога и могут быть в группе. Мы тестируем их на своих занятиях и смотрим, к чему готов конкретный ребёнок и что ему нужно дать. Если видим потенциал, то рекомендуем усиленно заниматься. К концу обучения мы понимаем, кто и на что способен. Нашим клиентам мы показываем детей как кастинг-агентство, то есть отправляем тех, что уже есть в базе, или ищем новых».

Агентства

Детские модельные агентства часто входят в состав агентств для взрослых, но в последнее время число тех, кто специализируется именно на работе с детьми, растёт. Среди самых известных — модельное агентство Яны Рудковской Top Mini Stars. Оно представляет интересы детей российских поп-звёзд, например Филиппа Киркорова — Аллы-Виктории и Мартина, дочери израильского спортсмена Алекса Авербуха Анастасии, дочери Анны Брострем Алины и, разумеется, сына самой Рудковской Александра Плющенко. Благодаря связям его основательницы агентству достаются самые крупные заказы: из последних — модное шоу в Barvikha Luxury Village и показ первой детской коллекции Галины Юдашкиной (Рудковская не ответила на вопросы редакции).

Детские агентства часто делятся по типу клиентов, с которыми сотрудничают. «Есть разные детские модельные агентства: некоторые, например, подбирают детей только для кино и рекламы, — продолжает Шугаипова. Есть такие, которые только обучают. Есть агентства, которые выступают в роли продакшена». «У нас есть школа, но детей туда мы не берём, — рассказывает генеральный директор модельного агентства Modus Vivendis Виктория Лауфер. — Это сложно: дети есть дети. Однако к нам поступает довольно много запросов на рекламу с их участием. У нас есть небольшая база, и в таком случае мы показываем её клиенту».

Клиенты

В мире дети-модели сейчас довольно востребованы, ведь все детские бренды одежды и многие другие в своей рекламе используют детей. «Национальная палата моды Италии делала несколько раз специальные детские показы частью Недели моды в Милане, — говорит директор по коммуникациям Национальной палаты моды в России Елена Фиделина. — Мы даже вели переговоры о сотрудничестве. Все большие дизайнеры и бренды делают детские коллекции и заинтересованы в их продвижении. Но на развитых рынках — итальянском, французском — эти бизнесы разделены достаточно жёстко. Большим миллиардным брендам не надо экономить, собирая все свои коллекции на одном подиуме. Россия в этом смысле ещё только растёт, ведь весь рынок одежды по объёму продаж сопоставим с капитализацией одного Dior».

«Чаще всего предлагают именно съёмки: вот совсем недавно мы снимали зимнюю коллекцию одежды для одного бутика, — рассказывает блогер и мама трёхлетней Лизы Анна Дмитриева. — Часто предлагают парные съёмки, потому что мы с ней похожи. Это смотрится очень классно и нежно».

Мошенники

Разумеется, далеко не каждое агентство работает честно и прозрачно: аферистов в этой сфере достаточно. Зачастую такие скауты и менеджеры начинают просить деньги у родителей под разными предлогами уже на этапе заключения договора. Нередки ситуации, когда у родителей нет всей суммы на «модельную школу», и тогда менеджеры предлагают решение — открыть кредит в якобы «дружественном» банке, представитель которого как раз оказался поблизости. Потом агентство предлагает заплатить за фотосессии для портфолио. Конечная сумма может включать не только стоимость самой съёмки, но и стоимость наряда, который якобы шьётся по индивидуальным меркам для каждой модели. Эти детали, естественно, не прописываются в контрактах.

«В некоторых агентствах плата родителей за съёмки детей — это постоянная основа сотрудничества, — говорит Лауфер. — Особенно много аферистов в так называемых школах. Если с первого момента вам говорят, что обучение длится год — это вытягивание денег. И, конечно, нужно оценивать обещания. Например, если родители приводят дочь-подростка с ростом 165 сантиметров, а агентство говорит, что через год она станет звездой Victoria’s Secret, то это, конечно, неправда. Раньше к нам приходили выпускники таких модельных школ, и их родители спрашивали: „А что, вам не нужно платить?“ Конечно, не надо: если мы чувствуем, что сможем обеспечить модель работой, мы берём её в агентство».

«Проблема нашего бизнеса — в отсутствии необходимости получать лицензию, — рассказывает Шугаипова. — В нём нет никаких правил, поэтому и приходят в этот бизнес все кому не лень. Каждый год открываются десятки агентств, которые разводят родителей на деньги. Такие агентства вводят людей в заблуждение, обещают немыслимые перспективы. Родители ведутся, потому что часто не могут проверить достоверность их слов. Хотя на самом деле в интернете можно найти всё, вплоть до бухгалтерии. Я не знаю, сколько таких агентств, но истории о них всплывают постоянно. Такие однодневки пытаются зарабатывать с двух концов: они берут деньги и с родителей, обещая съёмки детям, и с клиентов, которые заказывают съёмку. Некоторые клиенты теперь тоже пытаются на этом заработать. Я видела объявления, где один модный бренд продавал участие в своих показах, которое подавалось под соусом участия в неделе моды».

Читайте также:  Как узнать мой размер одежды по росту

Говорить детям,
что у них нет модельного будущего, —
это очень жестоко по отношению
к ним самим.
Да и родителям тоже можно нанести травму

Именно недели моды — золотая пора для мошенников. Детскую одежду можно показывать только на детях, и это — отличная возможность продать участие в показах. «Мы в Mercedes-Benz Fashion Week Russia отслеживаем подобные объявления и жёстко пресекаем, — продолжает Фиделина. — В договоре бренда-участника этот пункт оговорён отдельно. У нас есть список детских марок, которым вход на неделю моды закрыт именно по этой причине. Бывают случаи, когда бренд пиратски продаёт участие в нашей неделе моды, а на самом деле участвует в другом мероприятии. Мы реагируем и на попытки продавать аккредитации и бесплатные пригласительные билеты, которые случаются каждый сезон на протяжении последних пятнадцати лет. Мы делали контрольные закупки с участием полиции, привлекали мошенников к административной ответственности. Процесс осложнён тем, что мероприятие проходит два раза в год, а легальный процесс может растянуться на долгие месяцы. Иногда невозможно пресечь деятельность мошенников до начала очередного сезона».

«Один раз мы тоже столкнулись с аферистами, — рассказывает Анна Дмитриева. — Неизвестная мне женщина представилась модельным агентом из Китая и предложила заключить какой-то договор прямо сейчас с обещанием найти работу позже. Естественно, я ничего не подписала. Потом выяснилось, что она была аферисткой, собирала данные родителей детей, чтобы потом эти базы продавать разным заказчикам».

Не все родители, желающие своему ребёнку модельной карьеры, готовы тратить деньги впустую. В инстаграме есть страница @union_moms_kidsmodels, создательницы которой называют себя «профсоюзом мам детей-моделей». Они собирают все случаи обмана, с которыми сталкиваются. Первая публикация датируется 14 сентября, и за два месяца число подписчиков выросло до 28 тысяч человек — что тоже отлично иллюстрирует число желающих сделать из ребёнка звезду модельного бизнеса.

Кастинги

Ради того, чтобы их дети получили контракт, родители готовы на многое. «Однажды я со своим ребёнком-грудничком оказалась на кастинге, — рассказывает Виктория Лауфер. — Маленькая комната, в которой было очень много детей, с каждым один или два родителя. Естественно, это очередь на два или три часа. На подобных кастингах меня поражали больше всего именно родители. Они создавали какой-то странный ажиотаж, могли орать друг на друга, быть агрессивными. Многие родители ведут себя так, будто в час пик они стоят в очереди в супермаркет. Я ещё могу понять, если съёмки ребёнка — это финансовая помощь семье. Но зачастую это желание обусловлено исключительно амбициями родителей и уверенностью, что их ребёнок „самый красивый“. Я видела, как там относились к другим детям, и я бы не хотела, чтобы и к моему ребёнку относились так же».

Часто и условия таких «смотров» сложно назвать приемлемыми. «Кастинги могут длиться и по семь часов, а в очереди могут стоять шестьсот человек и больше, — говорит Шугаипова. — Уйти из очереди нельзя, займут место. В них бывало всякое: однажды на кастинге в гостинице „Космос“ ребёнок не выдержал ожидания и, простите, обкакался. Это полное издевательство». «Нас приглашают на кастинги, но мы на них не ходим, — говорит Дмитриева. — Мы были на паре-тройке, и сидеть в длинной очереди я не готова. Многие дети там болеют, плачут, эта атмосфера очень угнетает. Мне ближе формат, когда моего ребёнка выбирают заранее и зовут конкретно нас на основе хоть какого-нибудь первичного отбора».

«Говорить детям, что у них нет модельного будущего, — это очень жестоко по отношению к ним самим. Да и родителям тоже можно нанести травму такими словами, — напоминает Шугаипова. — Некоторые могут воспринять это так, как будто им сказали: „Ваш ребёнок — брак“».

Условия

Условия на съёмках — это ещё одна проблема детского модельного бизнеса. «Из-за того, что этот рынок новый, трудовые права детей ущемляются, — продолжает Шугаипова. — Дети должны работать не больше четырёх часов в проветриваемом помещении и под присмотром взрослых. Клиенты часто об этом не думают и не допускают, что может что-то произойти. А они должны нести за это ответственность. У нас, к сожалению, нет рычагов давления на клиента. Мы ничего не можем сделать». «За условиями на съёмке могут следить родители, — не согласна Виктория Лауфер. — Это даже обязательное требование. Ассистенты должны заранее уточнять, в какие часы ребёнок спит, а в какие может сниматься. Каких-то ужасов, вроде отвратительных студий или отсутствия питания, я не слышала: заказчики у нас более или менее порядочные».

Юридические отношения между моделью и агентством или фотографом оформляются гражданско-правовым договором. В нём должны оговариваться условия участия в съёмке, права на созданный образ, порядок использования полученных изображений. За детей до 14 лет договор подписывают родители или другие законные представители. В возрасте с 14 до 18 лет модели могут подписывать его самостоятельно, но с согласия родителей — как правило, подпись родителя стоит в том же документе. Узкое место таких договоров в том, что говорить о переработках в таком случае не очень корректно, потому что формально съёмка — это не работа. Трудовые договоры в принципе можно заключать только с 14 лет, за исключением случаев, когда работодатель — это театр, цирк или кинематографические организации. В них существует очень много нюансов, вроде разрешения органа опеки или обязательного медицинского осмотра, поэтому их заключают крайне редко.

Родители

По сути, этот бизнес вообще держится на родителях, которые по разным причинам приводят своих детей на кастинги и съёмки. «Детям не добиться успеха без мамы и папы, — считает Алина Шугаипова. — Вспомним, например, Миллу Йовович: она — талантливая актриса, известная каждому. Она „сделала себя“ благодаря маме Галине Логиновой. Я считаю, что без мам ничего бы не было. Они верят в своих детей, и это хорошо. Я ими горжусь, но пока не могу найти грань между „здоровым“ и „нездоровым“ увлечением. Мамы бывают слишком жёсткими, требовательными и даже жестокими — я не могу согласиться с такими методами. Но если мама безынициативна, то ребёнок нигде не выстрелит, и никто о нём не узнает».

Что двигает родителями, которые хотят, чтобы их ребёнок стал звездой-моделью? На первый взгляд кажется, что тщеславие и собственные нереализованные амбиции — но на деле не всё так просто. «Родители приводят своих детей по нескольким причинам, — рассказывает Алина Шугаипова. — Одни говорят: „Это будущая звезда! Хочу, чтобы мой ребёнок уже завтра блистал на обложке Vogue“. Мы в таком случае смотрим на эту звезду под лупой, пытаемся совместить желания и возможности и говорим объективно, как есть. Другие говорят, что хотят дать ребёнку возможность попробовать свои силы. Когда дети часами проводят перед зеркалом, любят читать стихи и наряжаться, мы даём им шанс окунуться в эту атмосферу. Третьи говорят: „Ребёнок вырос и закрылся“. Это психологическая работа, которая позволяет девочке раскрыться и поверить в свою красоту. Мы берём её под свою опеку и помогаем ей полюбить себя. Иногда родители спрашивают: „Как сделать так, чтобы ребёнок стал супермоделью?“ Мне странно слышать такие вопросы, потому что единого рецепта нет. Кроме того, это вряд ли первое, о чём должны думать родители, когда их ребёнку четыре года или даже год».

«Цели могут быть разными, от здоровых до патологических, — объясняет психолог и врач клиники доказательной медицины «Рассвет» Григорий Мисютин. — Патология, на мой взгляд, начинается тогда, когда ребёнок становится средством для достижения целей самих родителей или когда показ или съёмка оказываются важнее обычного контакта с ребёнком. Не стоит заранее демонизировать родителей, которые помогают детям реализовать свои возможности и таланты. Далеко не все из них действительно воплощают через детей свои скрытые желания. Большинство родителей всё же работает над тем, чтобы обеспечить ребёнку возможность найти себя в творчестве, спорте или науке. Я думаю, можно говорить о „безопасном“ и „небезопасном“ родительстве, но не стоит видеть в каждом родителе, желающем ребёнку успеха, тирана и деспота. Как родителю определить, не перегибает ли он палку? Очень просто: обратить внимание на то, есть ли у ребёнка время быть ребёнком, а у него самого — время быть родителем».

Источник