Меню

Заключенные шьют детскую одежду



Игрушки из тюрьмы: зэкам могут запретить производить товары для детей

Бизнесмены назвали это неэтичным, ведь среди работающих осужденных встречаются убийцы и педофилы

Экс-губернатор Кировской области Никита Белых, который в рязанской колонии шьет мягкие игрушки, может остаться без работы. Впрочем, как и осужденные, шьющие чепчики и ползунки для грудничков.

Ассоциация предприятий индустрии детских товаров обратилась к «главному тюремщику страны» Александру Калашникову и в Общественный совет ФСИН с просьбой ограничить производство за решеткой детской одежды, обуви и игрушек. Эксперты считают, что изготовление детских товаров в тюрьме неэтично и нарушает международные нормы.

Плюшевый мишка у меня в руках – подарок редакции «МК» от героя нашей публикации, который только что освободился. Игрушку он привез с собой из мест не столь отдаленных. Намеренно не называю колонию и регион. Дело в том, что мишку хоть и сделали «от начала до конца» осужденные своими руками в швейном цеху, но приклеили к нему бирку – made in China.

Казалось бы, зачем скрывать производителя, тем более что медведь сделан на совесть и из качественных материалов? Да потому что люди не хотя покупать детям игрушки из тюрьмы. «Ну а Китай тут при чем?» —спросите вы. Видимо, эта страна меньше всего вызывает подозрений. Будь указано «Сделано в России», кто-то из любопытных покупателей наверняка стал бы допытываться – а где именно, в каком городе и т.д.

Производство игрушек за решеткой — ни для кого не секрет. Яркий пример – рязанская колония № 5, где сидит Никита Белых (справедливости ради скажу, что сам Белых игрушки не шьет, а упаковывает, да и в период пандемии пока работа приостановлена). В прошлом году осужденные подарили местному детскому саду 30 мультяшных персонажей, которые сделали на своем участке по пошиву мягких игрушек. Дошкольное детское учреждение подарок с радостью приняло. Как говорится, не побрезговало.

Вообще сужденные часто дарят детским домам и школам-интернатам различные игрушки и игры, которые делают сами. Но, как считают эксперты, одно дело дарить, а другое – продавать. Одно дело, когда это разовые акции, другое – поставленное на поток производство.

— Известные брендовые компании с недавних пор стали шить детскую одежду (в том числе для новорождённых!) в колониях, – говорит президент АИДТ, член Совета при президенте РФ по реализации государственной политики в области защиты семьи и детей Антонина Цицулина. — Понятно, что есть желание руководства ФСИН обеспечить заключенных работой. Но! Международные нормы запрещают производство детских товаров в тюрьмах. Причин несколько. Во-первых, в тюрьме сложнее соблюсти все регламенты и санитарные правила, чем на воле. Тоже касается организации контроля качества. Кроме того, работа за решеткой оплачивается по гораздо более низким ставкам и условия труда принято считать плохими. Потому отказ от использования труда заключенных повышает этическую ценность продукции, что особенно важно для товаров для детей и подростков. Еще один момент – получением лицензий на производства тех же мультяшных персонажей или определённых настольных игры никто не утруждается. К нам поступают жалобы, что из тюрем выходит контрафакт.

Другие эксперты настаивают на том, что в принципе дети не должны играть игрушками, сделанными руками тех, кого суд признал преступниками (среди них ведь есть педофилы и убийцы).

Цицулину (именно она автор обращения во ФСИН) волнует и стратегический момент -повышение инвестиционной привлекательности Российской Федерации для размещения зарубежного производства детских товаров на территории России.

-Мы столкнулись с проблемой, — говорит Антонина. — В ряде договоров на поставку или организацию производства для международных компаний содержатся запросы на подтверждение отсутствия производства детских товаров в пенитенциарной системе. К нашему большому сожалению данный пункт не исполним в связи с наличием такого производства в Российской Федерации. Это еще и приводит к торговым барьерам при выходе отечественных производителей детских товаров и торговых организаций на зарубежный рынок.

Получается, вопрос эксперты подняли серьезный. Из ФСИН на днях пришел ожидаемый ответ, что ведомство заинтересовано в создании рабочих мест за решеткой. Общественный совет ФСИН (возглавляет его известный режиссер Владимир Меньшов) пока на эту тему не высказался, поскольку в этом году ни разу не собирался.

Читайте также:  Силиконизированное волокно для одежды

Источник

Заключенные ленинской колонии шьют детскую одежду популярного брэнда

Ленинская женская исправительная колония № 28 заключила долгосрочный контракт с АО «Корпорация «Глория Джинс».

Как сообщили Волжский.ру в пресс-службе УФСИН по Волгоградской области, осужденные начали шить для компании детскую одежду. В рамках контракта заказчик предоставил колонии 76 единиц швейного оборудования, что должно значительно повысить производительность труда.

В марте этого года в колонии уже изготовили более 33,6 тысячи шорт, курток и жилетов для мальчиков. К работе привлечены более 120 осужденных.

Maden in Ленинск

Ну вот и импортозамещение пришло.

В Китае такое производство давно и в гораздо больших объёмах. Это более интелектуальный труд,чем шитьё рукавиц.

Ничего, колонию расширят — будет, как в Китае.

Гешефт чей, от этой новости? Можно в цифрах.

Шьют детскую одежду? А ни чего что у осужденных спид,гепатит,туберкулез.

Ну, а что тут такого? Трудоустроены.

А у них есть профильное образование? Шить тоже надо уметь.

Научат — время есть, торопиться некуда.

Нет. Но это и не индпошив.

Аааа, эти хлория гинс, которые самые известные спмеры?

Пофик, пусть дальше топят свой «бренд».

Камуфло и спецовки из-за забора в разы качественней, чем вольные артели. Сам уже лет 15 предпочтение отдаю продукции со штампами ИК и ИТК — ни разу не прокололся.
Конечно, бывает сам пошивочный материал гуано — но тут уж к пуговицам претензий нет

Так они давно так работают,просто другие зеки отшивали ,а вот теперь и ленинские .расширение производства. Экономия на з/п и т.д. кто то умный во главе Глории. Раньше было очень весело наблюдать ,как с деловым видом похаживают покупатели по магазину,а на самом деле одежда должна там стоить три копейки,для самых бедных..

И хорошо, гледишь качество улучшиться, работала я в глории джинс и до сих пор прикрасно помню как распаковывали упаковки с китайскими вещеми, а они на столько пропиткой были обработаны, что их приходилось прослушивать! Пропитка та далеко не натуральная, и плесневые вещи были и тд и тп, а что касаемо как предидущий житель написал что там мол спидозные да туберкулезные. В колониях я думаю до работ таких не допускают к тому же там думаю порядка по больше чем на любом из заводов нашей области, а там это дело каждого какие выводы сделать

Источник

В местах не столь отдаленных: что шьют и сколько платят заключенным в алтайской колонии

Редактор, Общество, 7:23, 28.11.2018

В новоалтайской колонии шьют все, начиная от спецодежды для силовых структур и заканчивая детскими вещами

Обычная барнаульская семья в преддверии новогодних праздников покупает полотенце с изображением свиньи, хозяйки 2019 года, и не подозревает, что столь милые предметы домашнего обихода шьют…. в местах не столь отдаленных. Не все знают, что в алтайских колониях налажено масштабное швейное производство. Здесь шьют практически все, начиная от спецодежды для силовых структур и заканчивая детскими вещами. Журналисты «ТОЛКа» побывали в новоалтайской женской колонии ИК-11 и своими глазами увидели, как заключенные работают над заказами и какую зарплату за это получают.

Профессию получают на месте

В новоалтайской женской колонии общего режима сидят женщины, преступившие закон не в первый раз. Есть те, кто попадает за решетку пятый, шестой и даже седьмой раз. В основном они осуждены за причинение тяжкого вреда здоровью, убийство и распространение наркотиков.

Те заключенные, которые шить в свободной жизни не умели, обучаются на месте. В колонии функционирует филиал профессионального училища №274. Официально курсы длятся шесть месяцев, но получается у всех по-разному. Кто-то уже через месяц готов к работе, кто-то через два и больше. Есть и такие, кто ловко справляется с лекалом, иголками и нитками. Так или иначе все девушки после обучения сдают экзамены, а уже потом приступают к работе. В колонии говорят, что качество выпускаемых ими изделий весьма высокое.

Ассортимент, как уже было написано, также широкий: детские трикотажные изделия, рабочая спецодежда, форменное обмундирование для сотрудников УИС края и других силовых структур, вещи собственно для самих заключенных, спортивные и хозяйственные сумки, головные уборы, одежда для охоты и рыбалки, полотенца и многое другое.

Читайте также:  Какая одежда подойдет моему типу фигуры

Безработицы нет

В колонии говорят, что стремительная тяга к работе есть не у каждой заключенной.

«У нас есть работа без оплаты труда и оплачиваемая. Что касается неоплачиваемой работы, то тут каждая женщина должна отработать два часа в неделю. Речь идет о хозяйственных ставках – уборка территории, отгрузка мусора, чернорабочие. Смена оплачиваемой работы длится с 7.00 до 19.00. Но даже за деньги работать с охотой идут, конечно, не все. Есть заключенные с низкой социальной ответственностью и работать не хотят», – говорит заместитель начальника ИК-11 Александр Пензин.

Но тем не менее трудоустроены почти все заключенные новоалтайской колонии. Каждый день мастер цеха дает задание и объем работы каждой из них. Как правило, каждая работница должна пошить 80 единиц в день. Имеется в виду не сшить одежду от начала до конца, а справиться с какой-то определенной частью работы: оверложкой или пошивом какой-то конкретной детали.

«Нам постоянно поступают заказы на пошив различной одежды. Прежде чем их принять, мы оцениваем объем работы и сроки выполнения, а уже потом приступаем. Занижать стоимость работы тоже не можем, ведь мы платим зарплату осужденным, которые заняты в этой работе», – рассказывает мастер учебно-производственного участка Центра трудовой адаптации осужденных ИК-11 Нелля Шабалдина.

По ее словам, работницы получают на руки зарплату, равную МРОТ (в Алтайском крае это 11 163 рубля в месяц). Из всей суммы вычитают плату за содержание в колонии, а также судебные иски (но они есть не у каждой из них). В конечном итоге на руки заключенные получают 25% от зарплаты.

«На эти деньги они могут что-то купить себе в нашем магазине – сигареты, продукты, косметические средства. Некоторые свою зарплату перечисляют родителям или своим детям. Есть и такие ответственные», – говорит Александр Пензин.

Сами заключенные в противовес начальству утверждают, что работать идут с удовольствием.

«До того, как попала сюда, шить умела. Но навыки были совсем плохие. Здесь я свое мастерство отточила. Радует, что пригодится это умение и в дальнейшем. Смогу заработать деньги, работая швеей», – призналась одна из заключенных.

Источник

Ваши джинсы сшил зэк. Какие товары производятся в зоне

» src=»https://static.life.ru/posts/2019/12/1261743/e546d21794799e6200ff0e69faed7703.jpg» loading=»lazy» style=»width:100%;height:100%;object-fit:cover»/>

Стол, за которым вы сидите, джинсы, которые вы носите, и шахматы, которые вы купили своему ребёнку, возможно, сделаны заключёнными в тюрьме. В колониях осуждённые производят товары, которые затем поступают в продажу.

К 2019 году число заключённых в российских тюрьмах составляет более 563 тысяч человек. Из государственного бюджета на содержание исправительных учреждений было выделено более 281 миллиарда рублей. В 2017 году Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) заявляла, что планирует в ближайшее время перейти на полное самообеспечение. Но на сегодняшний день этого не произошло, заключённые шьют себе одежду, варят мыло и готовят еду, но всё это они делают ещё и на продажу — на свободу.

Джинсы, трусы, ботинки

Кожаные мужские ботинки и женские туфли на каблуке, произведённые в колониях Иркутской области, можно купить за 850–1000 рублей. Там же можно выбрать детские утеплённые унты или охотничьи сапоги. Как сообщил Лайфу источник в одном из кардиоцентров Урала, заключённые колонии строгого режима сейчас шьют обувь для медперсонала.

Фото © УФСИН России по Волгоградской области

— Почти в каждой зоне есть швейные участки. В нашей колонии швейных мастерских было шесть. Но шили мы в разы меньше, чем две швейные мастерские в женской зоне, — сказал Лайфу один из бывших заключённых.

Действительно, в женских колониях большой спрос на швейное мастерство. В 2019 году АО «Корпорация Глория джинс» заключила контракт с исправительной колонией № 28 в Волгоградской области. Компания предоставила зоне 76 швейных машин.

— В марте текущего года в рамках заключённого контракта исправительная колония изготовила более 33,6 тысячи курток, шорт и жилетов для мальчиков. Для выполнения первого контракта привлечено 120 осуждённых, — сообщает пресс-служба УФСИН России по Волгоградской области.

«Глория джинс» не предоставила Лайфу комментарий, но в апреле она заявляла, что не планирует расширяться в тюрьмы других регионов России и следит за работой волгоградских заключённых, чтобы их трудовой день не превышал шести часов в сутки.

Читайте также:  Боди одежда женская с чем носить

Купить майку, трусы или ночную сорочку также можно в зоне. По прайс-листу ФСИН по Республике Коми, женские трусы стоят 40 рублей, мужские — 80. Футболки — 145–167 рублей за штуку.

— Как правило, одежда шьётся по заказу. Государственные или частные компании привозят материалы в строго ограниченном количестве: сколько изделий требуется, столько тряпок они и пришлют. Но к некоторым мастерам поступают индивидуальные заказы в розницу. Нужно привезти ткань и расходники, официально оформить пошив и покупку, а потом в оговорённый срок можно забирать изделие, — рассказал бывший заключённый колонии строгого режима.

По его словам, с ним в зоне сидел мужчина, который шил обувь лучше, чем итальянские кутюрье. За ботинками, сапогами и туфлями к нему приходили люди «с гражданки», надзиратели и другие работники колонии. Сейчас мужчина освободился и шьёт обувь всем желающим, но надзиратели до сих пор к нему приходят за обновками.

Деревянный детский городок с горкой и резными фигурками в магазинах стоит около 30 тысяч рублей. Заключённые делают городок в разы дешевле. Песочница обойдётся в две тысячи рублей, качели — в три, а горка будет стоить около восьми тысяч.

В зоне же можно и одеть своего малыша в школу. ФСИН по Республике Коми предлагает оптом и в розницу школьную форму. Цену за один комплект в учреждении Лайфу затруднились назвать, но заявили, что это дешевле, чем в магазинах. Проморолик производства сообщает, что школьную форму для детей шьют женщины, которые на воле оставили своих детей, поэтому к созданию одежды подходят аккуратно, следят за каждым стежком, чтобы строчка была ровной.

В последний путь из зоны

Заключённые за 10–15 тысяч рублей могут сделать фигурный памятник на могилу из мрамора. На нём будет вырезан портрет усопшего и любой рисунок, который выберет заказчик.

Там же можно заказать оградку, скамейку и столик на кладбищенский участок. Зачастую оформлять покупку приходится в частных полуподвальных лавках, которыми заведуют бывшие заключённые. Они отдают заказ в зону и сами забирают его из колонии. Но в некоторых ИК можно напрямую оформить заказ через производственный отдел штаба зоны.

— По сути, свой заказ ты сможешь забрать за копейки, — сказал Лайфу заключённый одной из челябинских колоний. — Оплачивают только материал и какой-то налог, который как бы является зарплатой зэка за эту работу. Но деньги смешные. В основном арестанты зарабатывают на оптовых заказах.

Самые распространённые товары из зоны — нарды, шахматы, чётки, иконы и шкатулки. Цена зависит от сложности изделия. В интернет-магазинах «блатных подарков» нарды стоят от двух до пятидесяти тысяч рублей. Напрямую через ФСИН цена будет ниже, но заказывать и забирать нужно лично. Ценителям АУЕ-тематики можно нарисовать свой эскиз изделия, арестанты воплотят его в жизнь.

Материалы для сувениров можно привезти, а можно купить в зоне. Но важно отталкиваться от особенностей региона. В Республике Коми шкатулка или нарды с самоцветами будут намного дороже, чем аналогичное изделие на Урале.

Оптом тоже можно

С 1 января 2019 года ФСИН заключила более 5,5 тысячи контрактов на товары, работы и услуги. Зэки изготавливают стеклопакеты и мебель для частного бизнеса и государственных предприятий. Делают школьные парты и офисную мебель.

— Мы для «Красного и белого» делали стеллажи, полки, стойки, где продавцы стоят, — рассказал бывший заключённый.

Мебель для дома арестанты сколотят по дешёвке. Кровать — 7000, стол — 1500, стул — от 500 до 1000 рублей. Подробные прайсы, как правило, можно найти на сайтах региональных управлений ФСИН.

Но, как отмечают арестанты, заказать из зоны можно что угодно. Здесь разводят свиней, коров и кур, а потом мясо продают на волю на 50–100 рублей дешевле, чем в магазинах. Здесь же делают срубы для домов, лопаты, чтобы чистить снег, и форму для представителей власти. Нужно только договориться с арестантом и с его надзирателями о цене. Главное — не забыть рассчитаться за товар или услугу, чтобы самому не оказаться в местах не столь отдалённых.

Источник